Судебная практика к статье 18 Закон о статусе военнослужащих. О взыскании компенсации морального вреда.
Судебная практика к статье 18 Закон о статусе военнослужащих. О взыскании компенсации морального вреда.
Законы и кодексы » Закон о статусе военнослужащих » Глава II. Права и свободы военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей » Статья 18. Страховые гарантии военнослужащим. Право на возмещение вреда » Дело N33-2378/2017. О взыскании компенсации морального вреда.

Дело N33-2378/2017. О взыскании компенсации морального вреда.

 

СТАВРОПОЛЬСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 14 марта 2017 г. по делу N 33-2378/2017

 

Судья: Бреславцева И.А.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:

судьи-председательствующего Криволаповой Е.А.,

судей: Киселева Г.В., Тепловой Т.В.,

при секретаре судебного заседания К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика - Министерства обороны Российской Федерации, поданной представителем по доверенности К.Т. на решение Промышленного районного суда г. Ставрополя Ставропольского края от 12 ноября 2014 года

по иску З.Л.ПА. к Войсковой части 72153 Республики Адыгея г. Майкоп, Министерству обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

заслушав судью-докладчика Киселева Г.В.,

 

установила:

 

30 мая 2014 года З.Л.ПА. обратилась в Промышленный районный суд г. Ставрополя с данным иском, указав, что ее супруг З.В.В. проходил военную службу по контракту в составе войсковой части "...". В настоящее время правопреемником войсковой части N "..." является воинская часть "..."."..." погиб от "...". Ей должна быть осуществлена компенсация морального вреда вне зависимости от вины причинителя вреда, поскольку вред был причинен источником повышенной опасности - боевым оружием. Просила суд признать ответчиком войсковую часть "...". Взыскать с войсковой части N "..." в пользу З.Л.ПА. компенсацию морального вреда в размере 650.000 рублей, на услуги представителя - 15.000 рублей (л.д. 3-8).

Определением Промышленного районного суда г. Ставрополя от 29 июля 2014 года исковое заявление З.Л.ПА. к Войсковой части N "..." о взыскании компенсации морального вреда оставлено без рассмотрения (л.д. 46).

03 октября 2014 года З.Л.ПА. в лице представителя по доверенности З.Г. обратилась в Промышленный районный суд г. Ставрополя с заявлением о возобновлении производства по делу, приложив уточненный иск, в котором просила суд признать ответчиком войсковую часть N "...". Взыскать с войсковой части N "..." в пользу З.Л.ПА. компенсацию морального вреда в размере 650.000 рублей, на услуги представителя - 15.000 рублей (л.д. 55, 56-61).

Определением Промышленного районного суда г. Ставрополя от 03 октября 2014 года определение Промышленного районного суда г. Ставрополя от 29 июля 2014 года отменено (л.д. 62).

14 октября 2014 года З.Л.ПА. в лице представителя по доверенности З.Г. уточнила иск, просила суд признать Министерство обороны Российской Федерации, главного распорядителя бюджетных средств, получателя бюджетных средств войсковой части N "..." в порядке субсидиарной ответственности по денежным обязательствам войсковой части "...". Взыскать с Министерства обороны Российской Федерации, главного распорядителя бюджетных средств, получателя бюджетных средств войсковой части N "..." в пользу З.Л.ПА. компенсацию морального вреда в размере 650.000 рублей, на услуги представителя - 15.000 рублей (л.д. 69-72).

Обжалуемым решением Промышленного районного суда г. Ставрополя от 12 ноября 2014 года исковые требования З.Л.ПА. к войсковой части N "..." Республики Адыгея г. Майкоп, Министерству обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично. Министерство обороны Российской Федерации признано главным распорядителем бюджетных средств получателя бюджетных средств (войсковой части N "...") в порядке субсидиарной ответственности по денежным обязательствам войсковой части N "...". С Министерства обороны Российской Федерации - главного распорядителя бюджетных средств по денежным обязательствам войсковой части N "..." в пользу З.Л.ПА. взыскана компенсация морального вреда в размере 500.000 рублей. В удовлетворении оставшейся части искового требования о компенсации морального вреда в размере 150.000 рублей истцу З.Л.ПА. отказано. С Министерства обороны Российской Федерации - главного распорядителя бюджетных средств по денежным обязательствам войсковой части N "..." в пользу З.Л.ПА. на услуги представителя взыскано 15.000 рублей (л.д. 89а-96).

В апелляционной жалобе ответчик - Министерство обороны Российской Федерации в лице представителя по доверенности К.Т. просит решение суда отменить и вынести по делу новое решение, которым в части удовлетворенных требований истцу отказать в полном объеме, указав, что суд не учел, что истцом не было представлено документов, указывающих на обстоятельства гибели военнослужащего в 1995 году, при этом, взыскание компенсации морального вреда может быть возложено исключительно на виновника гибели З.В.В. как в рамках уголовного судопроизводства, так и в гражданском судопроизводстве. Суд не принял во внимание, что государством гарантированно возмещение вреда, призванное компенсировать последствия изменения материального и (или) социального статуса вследствие наступления страховых случаев, включая причиненный материальный и моральный вред в результате гибели военнослужащего путем обязательного государственного личного страхования за счет средств федерального бюджета. Кроме страховых выплат законодательством предусмотрена выплата единовременных пособий членам семей военнослужащих. Материалами дела не подтверждается факт причинения морального вреда истцу вследствие неправомерных действий ответчика. Суд не принял во внимание, что материальный и моральный вред, подлежащий возмещению с государственных органов Российской Федерации осуществляется за счет казны Российской Федерации и взыскание должно производиться через Министерство финансов Российской Федерации. Полагает незаконными признание Министерства обороны Российской Федерации главным распорядителем средств федерального бюджета и бюджетов государственных внебюджетных фондов Российской Федерации в судебном порядке, поскольку это установлено федеральным законодательством. Требования истца сводятся к получению страхового возмещения к которому и Министерство обороны Российской Федерации и войсковая часть отношения не имеют, поскольку выплату страхового возмещения не осуществляют. Тот факт, что Министерство обороны Российской Федерации является главным распорядителем средств федерального бюджета по вопросам финансирования расходов на оборону не дает оснований для взыскания с него задолженности без привлечения Российской Федерации к участию в деле в качестве ответчика, интересы которого не может представлять Министерство обороны Российской Федерации в силу ст. 125 ГК РФ (л.д. 107-112).

Возражений относительно доводов апелляционной жалобы не поступило.

Исследовав материалы гражданского дела N 2-8996/14, обсудив доводы изложенные в апелляционной жалобе, заслушав представителя Министерства обороны Российской Федерации по доверенности С., поддержавшую доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора Ледовской Н.В., полагавшей, что решение суда подлежит отмене, ***лобы, ***здставителя истца З.Л.ПБ. по доверенности З.Г., возражавшую против удовлетворения доводов апелляционн*** проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что решение суда подлежит отмене в связи с неправильным применением норм материального и процессуального права.

Судом первой инстанций неправильно истолкованы и применены к спорным отношениям положения статей 1079 , 1100 ГК РФ.

Данная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12 сентября 2016 года N 19-кг16-21.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред ( ст. 151 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред ( абз. 1 п. 1 ст. 1064 ГК РФ). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда ( п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Согласно ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Статьей 1084 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 ( статьи 1064 - 1101 ), если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Конституционный Суд Российской Федерации в п. 3 постановления от 20 октября 2010 года N 8-П, ссылаясь на свою позицию, выраженную в постановлении от 26 декабря 2002 года N 17-П, указал, что военная и аналогичная ей служба (служба в органах внутренних дел, противопожарная служба и т.п.) представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним. Обязанности, возлагаемые на лиц, несущих военную и аналогичную ей службу, предполагают необходимость выполнения ими поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, что в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 37 (части 1 и 3 ), 39 (части 1 и 2 ), 41 (часть 1) , 45 (часть 1) , 59 и 71 (пункты "в" и "м" ), влечет обязанность государства гарантировать им материальное обеспечение в случае причинения вреда жизни или здоровью в период прохождения службы. Конкретизируя названные положения Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель закрепил в числе особых публично-правовых способов возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы, обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих, специальное пенсионное обеспечение и систему мер социальной защиты, цель которых в максимальной степени компенсировать последствия изменения их материального и социального статуса, обеспечив соразмерный получавшемуся денежному довольствию уровень возмещения вреда.

Учитывая особый характер обязанностей государства по отношению к военнослужащим как лицам, выполняющим конституционно значимые функции, а также задачи Российской Федерации как социального государства по обеспечению эффективной защиты и поддержки семьи и исходя из того, что правовой статус семьи военнослужащего, погибшего при исполнении воинского долга (умершего вследствие увечья, ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы), производен от правового статуса военнослужащего и обусловлен спецификой его профессиональной деятельности, федеральный законодатель предусмотрел также особый правовой механизм возмещения вреда, причиненного в связи со смертью кормильца, для членов семей погибших (умерших) военнослужащих .

Одной из форм исполнения государством обязанности возместить вред, который может быть причинен жизни или здоровью военнослужащих при прохождении ими военной службы , является обязательное государственное личное страхование за счет средств федерального бюджета, установленное законом в целях защиты их социальных интересов и интересов государства ( пункт 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих "). В конституционно-правовом смысле страховое обеспечение, полагающееся военнослужащим и приравненным к ним лицам в соответствии с Федеральным законом от 28 марта 1998 года N 52- ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих , граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы", - наряду с иными выплатами, которые в целях возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, могут быть установлены им на основании других законов , - входит в гарантированный государством объем возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страховых случаев, включая причиненный материальный и моральный вред ( пункт 3.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 октября 2010 года N 18-П).

В пункте 4 постановления от 20 октября 2010 года N 18-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что согласно статье 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам главы 59 ( статьи 1064 - 1101 ) данного кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности. В системной связи со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, и статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, подлежит возмещению за счет соответствующей казны, это означает, что обязанность по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц, в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов или их должностных лиц в причинении данного вреда. Следовательно, статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих и членов их семей меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена. Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 мая 2011 года N 8-П.

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что обязанность по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, в том числе компенсации морального вреда, за счет соответствующей казны (в данном случае заявлено исковое требование о компенсации морального вреда к Министерству обороны Российской Федерации, войсковой части <...>) может быть возложена на государственные органы или должностных лиц этих органов при наличии противоправности деяния и вины указанных органов и лиц в причинении вреда жизни и здоровью военнослужащего. Если в действиях государственных органов, а также их должностных лиц не установлено противоправности и вины в причинении военнослужащему вреда, то основания для компенсации морального вреда по нормам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Между тем в материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих вину военнослужащих или должностных лиц войсковой части в непосредственном причинении вреда жизни военнослужащего "..." Направление "..." для прохождения службы в войсковую часть в Чеченской Республике (отнесена к зоне вооруженного конфликта с декабря 1994 года по декабрь 1996 года согласно Перечню государств, городов, территорий и периодов ведения боевых действий с участием граждан Российской Федерации, установленному Федеральным законом от 12 января 1995 года N 5-ФЗ "О ветеранах"), где он погиб при исполнении обязанностей военной службы, само по себе не свидетельствует о причинении вреда его жизни в результате незаконных действий должностных лиц Министерства обороны Российской Федерации, руководителей и военнослужащих войсковой части.

При таких обстоятельствах суд неправомерно признал за З.Л.ПА. право на компенсацию морального вреда и возложил обязанность по его возмещению на Министерство обороны Российской Федерации как на главного распорядителя бюджетных средств подведомственного ему получателя бюджетных средств войсковой части, не установив обязательных для этого в силу норм главы 59 ГК РФ условий.

Вывод судов со ссылкой на статьи 1079 , 1100 ГК РФ о том, что в данном случае вред, причиненный "..."., возмещается независимо от вины причинителя вреда, как причиненный источником повышенной опасности (огнестрельным оружием), является несостоятельным в связи со следующим.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 данного Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в частности в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Огнестрельное оружие - оружие, предназначенное для механического поражения цели на расстоянии метаемым снаряжением, получающим направленное движение за счет энергии порохового или иного заряда ( статья 1 Федерального закона от 13 декабря 1996 года N 150-ФЗ "Об оружии").

В п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что, по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

Из системного толкования названных норм и разъяснений п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 усматривается, что огнестрельное оружие не является источником повышенной опасности в гражданско-правовом аспекте. В гражданско-правовых отношениях под осуществлением деятельности граждан и юридических лиц, связанной с повышенной опасностью, понимается работа производства, предприятия, управление транспортными средствами и тому подобная деятельность, связанная с высокой вероятностью причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека.

С учетом приведенных обстоятельств судебная коллегия считает, что правовые основания для взыскания в пользу З.Л.ПА. компенсации морального вреда в связи со смертью ее мужа в соответствии со статьями 1079 , 1100 ГК РФ отсутствовали, поскольку в данном случае вред военнослужащему З.В.И. причинен при исполнении обязанностей военной службы в зоне вооруженного конфликта огнестрельным оружием, не являющимся источником повышенной опасности по смыслу ст. 1079 ГК РФ.

На основании изложенного решение суда подлежит отмене, доводы апелляционной жалобы - удовлетворению, с принятием по делу нового решения об отказе З.Л.ПА. в удовлетворении требований к Войсковой части N "..." Республики Адыгея г. Майкоп, Министерству обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда.

Руководствуясь статьями 327 - 330 ГПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

решение Промышленного районного суда г. Ставрополя от 12 ноября 2014 года отменить, апелляционную жалобу Министерство обороны Российской Федерации удовлетворить.

Принять по делу новое решение, которым в удовлетворении требования З.Л.ПА. к Войсковой части "..." Республики Адыгея г. Майкоп, Министерству обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда отказать.

 

 

Вопрос-ответ

Автор статьи

Кузнецов Федор Николаевич

Кузнецов Федор Николаевич

Опыт работы в юридической сфере более 15 лет; Специализация - разрешение семейных споров, наследство, сделки с имуществом, споры о правах потребителей, уголовные дела, арбитражные процессы.