Судебная практика к статье 1375 Гражданский кодекс РФ. О признании обладателем исключительного права на изобретение, признании недействительным патента в части указания патентообладателя, обязании выдать новый патент, внести соответствующие сведения в реестр изобретений.
Законы и кодексы » Гражданский кодекс Российской Федерации — часть четвертая » Раздел VII. Права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации » Глава 72. Патентное право » § 5. Получение патента » 1. Заявка на выдачу патента, ее изменение и отзыв » Статья 1375. Заявка на выдачу патента на изобретение » Дело NС01-136/2017 по делу N СИП-219/2016. О признании обладателем исключительного права на изобретение, признании недействительным патента в части указания патентообладателя, обязании выдать новый патент, внести соответствующие сведения в реестр изобрете

Дело NС01-136/2017 по делу N СИП-219/2016. О признании обладателем исключительного права на изобретение, признании недействительным патента в части указания патентообладателя, обязании выдать новый патент, внести соответствующие сведения в реестр изобрете

 

ПРЕЗИДИУМ СУДА ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫМ ПРАВАМ

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 20 апреля 2017 г. по делу N СИП-219/2016

История рассмотрения дела

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 апреля 2017 года.

Президиум Суда по интеллектуальным правам в составе: председательствующего - председателя Суда по интеллектуальным правам Новоселовой Л.А.,

членов президиума: Корнеева В.А., Уколова С.М.,

судьи-докладчика Снегура А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу открытого акционерного общества "Институт биотехнологий ветеринарной медицины" (3-й Сыромятнический, пер. д. 3/9, стр. 1, Москва, 105120, ОГРН 1037709051280) на решение Суда по интеллектуальным правам от 02.12.2016 по делу N СИП-219/2016 (судьи Пашкова Е.Ю., Голофаев В.В., Рогожин С.П.)

по исковому заявлению федерального казенного предприятия "Щелковский биокомбинат" (пос. Биокомбината, Щелковский р-н, Московская обл., ОГРН 1025006520538) к открытому акционерному обществу "Институт биотехнологий ветеринарной медицины" о признании недействительным патента Российской Федерации N 2300562 в части указания патентообладателя.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН 1047730015200), Елисеев Анатолий Константинович (пос. Биокомбината, Щелковский р-н, Московская обл.), Мельник Николай Васильевич (пос. Биокомбината, Щелковский р-н, Московская обл.), Зенов Николай Иванович (пос. Биокомбината, Щелковский р-н, Московская обл.), Литенкова Ирина Юрьевна (г. Владимир), Богач Валентина Николаевна (пос. Биокомбината, Щелковский р-н, Московская обл.), Иванова Александра Федоровна (пос. Биокомбината, Щелковский р-н, Московская обл.), Красуткин Сергей Николаевич (пос. Биокомбината, Щелковский р-н, Московская обл.) и Хайкина Людмила Сергеевна (пос. Биокомбината, Щелковский р-н, Московская обл.).

В судебном заседании принимали участие представители:

от федерального казенного предприятия "Щелковский биокомбинат" - Медведев С.В. (по доверенности от 03.08.2016), Нарежный В.В. (по доверенности от 03.08.2016) и Седых К.В. (по доверенности от 08.12.2016 N 1ФКП);

от открытого акционерного общества "Институт биотехнологий ветеринарной медицины" - Шураева А.М. (по доверенности от 21.03.2016).

Президиум Суда по интеллектуальным правам

 

установил:

 

федеральное казенное предприятие "Щелковский биокомбинат" (далее - биокомбинат) обратилось в Суд по интеллектуальным правам с исковым заявлением к открытому акционерному обществу "Институт биотехнологий ветеринарной медицины" (далее - институт) о признании биокомбината обладателем исключительного права на изобретение "ВНК-21/13-02 - перевиваемая монослойно-суспензионная сублиния клеток почки новорожденного сирийского хомячка, предназначенная для репродукции вируса ящура и вируса бешенства" по патенту Российской Федерации N 2300562; о признании недействительным названного патента в части указания в качестве патентообладателя института и неуказания в качестве патентообладателя биокомбината; об обязании Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) выдать новый патент на названное изобретение с указанием в качестве патентообладателя биокомбината и внести соответствующие сведения в Государственный реестр изобретений Российской Федерации.

Определениями Суда по интеллектуальным правам от 22.04.2016 и от 23.05.2016 на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Роспатент, Елисеев Анатолий Константинович, Мельник Николай Васильевич, Зенов Николай Иванович, Литенкова Ирина Юрьевна, Богач Валентина Николаевна, Иванов Виктор Серафимович, Красуткин Сергей Николаевич, Хайкина Людмила Сергеевна.

Определением Суда по интеллектуальным правам от 24.08.2016 Иванов Виктор Серафимович в порядке, предусмотренном статьей 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заменен на его правопреемника - Иванову Александру Федоровну (наследницу).

Решением Суда по интеллектуальным правам от 02.12.2016 исковое заявление биокомбината удовлетворено: патент Российской Федерации на изобретение N 2300562 признан недействительным в части указания института в качестве патентообладателя; обладателем патента Российской Федерации на изобретение по заявке N 2005116301 признан биокомбинат; суд обязал Роспатент выдать новый патент на изобретение по заявке N 2005116301 с указанием в нем в качестве патентообладателя биокомбината и внести соответствующие сведения в Государственный реестр изобретений Российской Федерации.

В кассационной жалобе, поданной в президиум Суда по интеллектуальным правам, институт, ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права и нарушение норм процессуального права, несоответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам, просит отменить обжалуемый судебный акт и направить дело на новое рассмотрение.

Институт полагает, что при оценке вопроса о служебном характере изобретения суд первой инстанции в нарушение статей 71 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 1375 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не исследовал сущность изобретения, которая раскрыта в формуле изобретения и описании к патенту и не провел сопоставительный анализ доказательств по делу и сущности изобретения на предмет относимости доказательств.

При этом заявитель кассационной жалобы обращает внимание на то, что все представленные в материалы дела биокомбинатом доказательства относятся к иной линии клеток - ВНК-21, которая была известна достаточно давно, тогда как оспариваемый патент касается конкретной сублинии клеток ВНК-21/13-02.

По мнению института, справка о депонировании в специализированной коллекции перевиваемых стоматических клеточных культур сельскохозяйственных и промысловых животных при Всероссийском научно-исследовательском институте экспериментальной ветеринарии им. Я.Р. Коваленко (СХЖ РАСХН) сублинии клеток ВНК-21/13-02 не может подтверждать тот факт, что названная сублиния была создана в результате научно-исследовательской деятельности работников биокомбината, в том числе потому, что не содержит имена авторов, разработавших эту линию клеток.

В связи с этим институт считает необоснованным вывод суда первой инстанции о том, что исследовательская деятельность биокомбината была связана с оспариваемым патентом.

Институт считает, что суд первой инстанции при определении прав и обязанностей работников биокомбината не применил подлежащую применению статью 15 Трудового кодекса Российской Федерации, а также нарушил статью 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, так как у биокомбината отсутствовали трудовые договоры с работниками, в связи с чем вывод суда о служебном характере изобретения не основан на материалах дела.

В кассационной жалобе институт также ссылался на то, что суд первой инстанции при рассмотрении дела не учел аффилированность истца и ответчика на дату приоритета спорного изобретения, а также принятое на заседании совета директоров Российского акционерного общества "Росагробиопром" (далее - Росагробиопром) решение, согласно которому процедура регистрации изобретений была возложена на институт.

Заявитель кассационной жалобы обращает внимание на то, что в обжалуемом судебном акте отсутствует оценка заинтересованности истца в оспаривании патента Российской Федерации на изобретение N 2300562, прекратившего свое действие 01.06.2015, то есть до обращения с настоящим иском.

С точки зрения института, в действиях биокомбината по оспариванию патента имеются признаки злоупотребления правом, поскольку подача настоящего иска преследует недобросовестную цель по воспрепятствованию исполнению решений, обязательных для участников группы компаний, а также связана с нежеланием биокомбината исполнять условия заключенного между сторонами лицензионного договора.

Биокомбинат представил в суд в порядке, предусмотренном статьей 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, письменные объяснения на кассационную жалобу, в которых возражал против удовлетворения жалобы, просил оставить решение суда первой инстанции без изменения.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, отзывы на кассационную жалобу не представили.

В судебном заседании представитель института поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил ее удовлетворить и направить дело на новое рассмотрение.

Представители биокомбината возражали против удовлетворения кассационной жалобы, ссылаясь на то, что доводы заявителя кассационной жалобы связаны с несогласием с правовой оценкой судом первой инстанции представленных в материалы дела доказательств.

Роспатент явку представителя в судебное заседание не обеспечил, направил в суд ходатайство, в котором сообщил, что правовая позиция Роспатента, изложенная в отзыве от 13.05.2016, представленном в суд первой инстанции, к настоящему времени изменений не претерпела, просил рассмотреть кассационную жалобу в отсутствие его представителя.

Третьи лица - Елисеев А.К., Мельник Н.В., Зенов Н.И., Литенкова И.Ю., Богач В.Н., Иванова А.Ф., Красуткин С.Н., Хайкина Л.С., извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, в том числе путем публичного уведомления на официальном сайте Суда по интеллектуальным правам http://ipc.arbitr.ru , в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, явку представителей не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не может служить препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемого судебного акта проверена президиумом Суда по интеллектуальным правам в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, патент Российской Федерации N 2300562 на изобретение "ВНК-21/13-02 - перевиваемая монослойно-суспензионная сублиния клеток почки новорожденного сирийского хомячка, предназначенная для репродукции вируса ящура и вируса бешенства" по заявке N 2005116301 с датой приоритета от 31.05.2005 выдан на имя института. Авторами изобретения в патенте указаны Елисеев А.К., Мельник Н.В., Зенов Н.И., Литенкова И.Ю., Богач В.Н., Иванов В.С., Красуткин С.Н. и Хайкина Л.С.

Патент выдан со следующей формулой изобретения:

"ВНК-21/13-02 - перевиваемая монослойно-суспензионная сублиния клеток почки новорожденного сирийского хомячка, депонированная в Российской коллекции клеточных культур (РКК), в специализированной коллекции перевиваемых соматических клеточных культур сельскохозяйственных и промысловых животных при Всероссийском научно-исследовательском институте экспериментальной ветеринарии им. Я.Р. Коваленко (СХЖ РАСХН) под N 61, предназначенная для репродукции вируса ящура типа А, О, С, Азия и вируса бешенства штамм "Щелково-51", используемых для изготовления противовирусных вакцин против ящура и бешенства.".

В соответствии со сведениями, содержащимися в Государственном реестре изобретений Российской Федерации, 16.05.2008 за N РД0036112 зарегистрирован лицензионный договор на использование названного изобретения, заключенный между институтом (лицензиаром) и биокомбинатом (лицензиатом), патент Российской Федерации N 2300562 прекратил свое действие досрочно с 01.06.2015 в связи с неуплатой годовой пошлины за поддержание патента в силе.

Биокомбинат, указывая, что авторы спорного изобретения являлись его работниками и созданное ими в соавторстве техническое решение является служебным изобретением, патентообладателем которого должен был быть указан биокомбинат, в то время как в качестве патентообладателя указано лицо, таковым не являющееся, обратился в Суд по интеллектуальным правам с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что спорное изобретение является результатом творческой деятельности работников биокомбината, созданным при исполнении ими должностных обязанностей и по заданию биокомбината, в связи с чем оно носит служебный характер, тогда как ответчик не представил доказательств правомерности указания его в качестве патентообладателя.

При этом судом первой инстанции учтены направленность деятельности предприятия, источник оборудования и средств, использованных для создания изобретения, возможность осуществления работодателем контроля за работой, в рамках которой создан патентоспособный объект, цель создания патентоспособного объекта, составляемые работниками и работодателем в процессе трудовой деятельности документы, которые в совокупности свидетельствуют о разработке спорного технического решения в порядке исполнения трудовых обязанностей.

Президиум Суда по интеллектуальным правам, рассмотрев доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, изучив материалы дела, выслушав мнения представителей сторон, явившихся в судебное заседание, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление от 26.03.2009 N 5/29), часть четвертая ГК РФ введена в действие с 01.01.2008, поэтому в силу статьи 5 Федерального закона от 18.12.2006 N 231-ФЗ "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" она применяется к правоотношениям, возникшим после введения ее в действие. По правоотношениям, возникшим до 01.01.2008, она применяется к тем правам и обязанностям, которые возникли после 31.12.2007.

При рассмотрении дел о признании интеллектуальных прав подлежит применению российское законодательство, действовавшее на момент возникновения соответствующего права. Так, автор изобретения, полезной модели, промышленного образца определяется на основе законодательства, действовавшего на дату подачи заявки на выдачу патента на это изобретение, полезную модель или промышленный образец.

При рассмотрении возражений против выдачи патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров, суды определяют основания для признания недействительным патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров, исходя из законодательства, действовавшего на момент подачи заявки на выдачу патента, заявки на товарный знак, заявки на наименование места происхождения товаров.

Учитывая приведенные разъяснения высшей судебной инстанции и принимая во внимание, что заявка на выдачу патента на спорное изобретение была подана 31.05.2005, суд первой инстанции обоснованно применил к правоотношениям, касающимся выдачи патента, нормы Патентного закона Российской Федерации от 23.09.1992 N 3517-I (в редакции, действовавшей на дату подачи заявки; далее - Патентный закон), а к правоотношениям, касающимся его оспаривания, - нормы ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 29 Патентного закона патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец в течение всего срока его действия может быть признан недействительным полностью или частично, в частности в случае выдачи патента с указанием в нем в качестве автора или патентообладателя лица, не являющегося таковым в соответствии с этим Законом , или без указания в патенте в качестве автора или патентообладателя лица, являющегося таковым в соответствии с Патентным законом .

В действующем в настоящее время законодательстве аналогичное основание содержится в подпункте 5 пункта 1 статьи 1398 ГК РФ.

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 1398 ГК РФ патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец в течение срока его действия, установленного пунктами 1 - 3 статьи 1363 этого Кодекса, может быть оспорен в судебном порядке любым лицом, которому стало известно о нарушениях, предусмотренных подпунктом 5 пункта 1 статьи 1398 ГК РФ.

В соответствии с абзацем третьим пункта 2 статьи 1398 ГК РФ патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец может быть оспорен заинтересованным лицом и по истечении срока его действия по основаниям и в порядке, которые установлены абзацами первым и вторым этого пункта .

Президиум Суда по интеллектуальным правам отклоняет довод института о том, что поскольку оспариваемый патент досрочно прекратил свое действие до даты подачи настоящего иска, то в рассматриваемом случае подлежат применению правила абзаца третьего , а не абзаца второго пункта 2 статьи 1398 ГК РФ, а следовательно, должна оцениваться заинтересованность лица в оспаривании прекратившего действие патента, по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1363 ГК РФ срок действия исключительного права на изобретение составляет двадцать лет с даты подачи заявки на выдачу патента в Роспатент и с учетом сведений, содержащихся в Государственном реестре изобретений Российской Федерации, срок действия оспариваемого патента истекает 31.05.2025.

В рассматриваемом случае действие патента на основании статьи 1399 ГК РФ прекращено не в порядке, предусмотренном статьей 1363 ГК РФ, а досрочно - вследствие неуплаты в установленный срок патентной пошлины за поддержание патента в силе.

Вместе с тем по смыслу пункта 1 статьи 1400 ГК РФ действие патента на изобретение, которое прекращено в связи с тем, что патентная пошлина за поддержание патента в силе не была уплачена в установленный срок, может быть восстановлено Роспатентом по ходатайству лица, которому принадлежит патент, или правопреемником этого лица. При этом ходатайство о восстановлении действия патента может быть подано в Роспатент в течение трех лет со дня истечения срока уплаты патентной пошлины, но до истечения предусмотренного этим Кодексом срока действия патента.

Следовательно, действие патента в настоящем случае может быть восстановлено по ходатайству патентообладателя до 31.05.2018.

Нормы абзацев второго и третьего пункта 2 статьи 1398 ГК РФ различаются в части необходимости установления заинтересованности лица, оспаривающего патент, или отсутствия таковой исходя из того, истекли ли сроки действия патента, предусмотренные статьей 1363 ГК РФ, без учета возможности досрочного прекращения действия патента.

Подобное регулирование связано именно с тем, что истечение срока действия патента на основании положений статьи 1363 ГК РФ означает окончательное прекращение действия патента и возможность его оспаривания теми лицами, которые, несмотря на это, не утратили свой личный, частный интерес в таком оспаривании.

В отличие от этого возможность оспаривания патента в период своего действия, помимо частного интереса, который может быть у лица, подающего возражение, преследует также публичный интерес, заключающийся в том, чтобы неправомерно выданные патенты не препятствовали развитию науки и ведению третьими лицами деятельности с использованием неохраноспособных технических решений. Поэтому допускается оспаривание патентов в период срока действия любыми лицами. Такой публичный интерес сохраняется, пока сохраняется действие патента или возможность его восстановления.

Учитывая, что срок действия патента, предусмотренный пунктом 1 статьи 1363 ГК РФ, не истек, суд первой инстанции правомерно не оценивал заинтересованность биокомбината относительно пункта 2 статьи 1398 ГК РФ.

Доводы института о том, что суд первой инстанции при оценке вопроса о служебном характере изобретения не исследовал сущность изобретения, которая раскрыта в формуле изобретения и описании к патенту, и не провел сопоставительный анализ доказательств по делу и сущности изобретения, а также при определении прав и обязанностей работников биокомбината в отсутствие в материалах дела трудовых договоров с авторами спорного произведения не применил подлежащую применению статью 15 Трудового кодекса Российской Федерации, не принимаются президиумом Суда по интеллектуальным правам в силу следующего.

Пунктом 1 статьи 8 Патентного закона предусмотрено, что патент выдается: 1) автору изобретения, полезной модели или промышленного образца; 2) работодателю в случаях, предусмотренных пунктом 2 этой статьи ; 3) правопреемникам указанных лиц.

В силу пункта 2 названной статьи право на получение патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец, созданные работником (автором) в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя (служебное изобретение, служебная полезная модель, служебный промышленный образец), принадлежит работодателю, если договором между ним и работником (автором) не предусмотрено иное.

В случае, если работодатель в течение четырех месяцев с даты уведомления его работником (автором) о полученном результате, способном к правовой охране в качестве изобретения, полезной модели или промышленного образца, не подаст заявку на выдачу патента на эти изобретение, полезную модель или промышленный образец в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности, не передаст право на получение патента на служебное изобретение, служебную полезную модель или служебный промышленный образец другому лицу и не сообщит работнику (автору) о сохранении информации о соответствующем результате в тайне, право на получение патента на такие изобретение, полезную модель или промышленный образец принадлежит работнику (автору). В этом случае работодатель в течение срока действия патента имеет право на использование служебного изобретения, служебной полезной модели, служебного промышленного образца в собственном производстве с выплатой патентообладателю компенсации, определяемой на основе договора.

Исходя из позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.11.2013 N 1843-О, положениями статьи 1370 ГК РФ (как и положениями пункта 2 статьи 8 ранее действовавшего Патентного закона) закрепляется приоритетный характер имущественных прав работодателя, несущего денежные, технические или иные материальные расходы на создание служебного изобретения, служебной полезной модели, служебного промышленного образца, по сравнению с правами автора - работника, создавшего такие изобретение, полезную модель или промышленный образец в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя. При этом законодатель предоставил работодателю право выбора способа охраны и использования достигнутого результата интеллектуальной деятельности (путем обращения за выдачей соответствующего патента в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности, сохранения полученной информации в тайне и т.п.), ограничив срок для осуществления этого выбора четырьмя месяцами со дня письменного уведомления работодателя работником о создании результата интеллектуальной деятельности, в отношении которого возможна правовая охрана. Тем самым обеспечивается право работника (автора) - которому в силу пункта 2 статьи 1370 ГК РФ принадлежит право авторства на служебный результат интеллектуальной деятельности - на своевременное получение материального вознаграждения, сопряженного с его творческими усилиями при осуществлении трудовой деятельности.

Судом первой инстанции обоснованно отмечено, что по смыслу пункта 2 статьи 8 Патентного закона для признания технического решения служебным не требуется, чтобы в документе, определяющем трудовые обязанности работника (трудовой договор, должностная инструкция), содержалось конкретное указание на выполнение соответствующих работ по созданию патентоспособных объектов либо усовершенствованию известных конструкций.

Определяющим для признания технического решения служебным является факт его создания в рамках трудовых обязанностей, содержание которых может быть выражено в виде относительно общего круга осуществляемых работником трудовых функций, или конкретного задания.

При этом во внимание могут быть приняты, в частности, соотношение деятельности, осуществляемой работодателем, со сферой, в которой создан патентоспособный объект, пределы трудовых обязанностей работника, место выполнения работ по созданию патентоспособных объектов, источник оборудования и средств, использованных для их создания, возможность осуществления работодателем контроля за работой, в рамках которой создан патентоспособный объект, цель создания патентоспособного объекта, последующее поведение работника и работодателя, составляемые ими в процессе трудовой деятельности работника документы, которые в совокупности могли бы свидетельствовать о разработке технических решений в порядке исполнения трудовых обязанностей, иные обстоятельства.

Оценив в порядке, предусмотренном статьями 71 и 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательства, представленные в материалы дела (документы "Освоение и внедрение новых видов продукции и методов контроля на 1997 год", "Научно-исследовательская работа на Государственном Щелковском биокомбинате на 1998 год"; рабочую программу на 2001 - 2002 годы по выполнению темы: "Отработка технологии суспензионного культивирования клеток ВНК-21 и вируса ящура в биореакторах"; отчет о научно-исследовательской работе на противобактерийном, противовирусном и диагностическом оборудовании за 2001 год; отчет за 2001 год о научно-производственной деятельности кандидата ветеринарных наук, старшего микробиолога цеха N 10 Елисеева А.К.; план работы на апрель - май 2002 года по отработке технологии суспензионного культивирования клеток ВНК-21 и вируса ящура в биореакторах; рабочую программу 2003 года по выполнению темы: "Разработка и внедрение в производство технологии получения вакцинного вируса бешенства штамм "Щелково 51" реакторным способом на микроносителях"; примерный план работы с суспензией клеток ВНК-21 на май - апрель 2003 года и отчет к нему; справку о депонировании биокомбинатом 20.05.2004 перевиваемой монослойно-суспензионной сублинии клеток почки новорожденного сирийского хомячка (ВНК-21/13-02); рабочую программу Комиссионной проверки качества вакцины ящурной из ящура типов О-А культуральной сорбированной инактивированной; пояснительные записки за 2003 и 2005 годы; устав биокомбината в редакциях 1993, 1999, 2001, 2003 и 2006 годов, должностные инструкции работников биокомбината, являющихся авторами спорного изобретения), а также письменные пояснения авторов изобретения Елисеева А.К., Зенова Н.И., Мельника Н.В., Литенковой И.Ю. и Красуткина С.Н., суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что на биокомбинате, являющемся производственной и научно-исследовательской организацией, задолго до даты подачи заявки на выдачу оспариваемого патента велась исследовательская работа в сфере суспензионного культивирования перевиваемых культур клеток ВНК-21 для репродукции в промышленных масштабах вируса ящура типа А, О, С, Азия, вируса бешенства "Щелково-51", используемых для изготовления противовирусных вакцин против ящура и бешенства.

При этом судом первой инстанции учитывалась не только общая направленность деятельности биокомбината, но и конкретные научно-исследовательские мероприятия, осуществляемые на биокомбинате в период, предшествующий подаче заявки на выдачу оспариваемого патента, соотносимые с сущностью спорного изобретения.

Президиум Суда по интеллектуальным правам отмечает, что в рассматриваемом случае отсутствует необходимость установления в представленных истцом доказательствах всех признаков, содержащихся в формуле изобретения по оспариваемому патенту, достаточным является установление факта проведения в период, предшествующий подаче заявки, научно-исследовательских работ по теме, соответствующей сущности изобретения, а также факта получения результата таких работ (депонирование 20.05.2004 изобретения в СХЖ РАСХН).

Также президиум Суда по интеллектуальным правам не может признать обоснованным довод ответчика о том, что наличие трудовых правоотношений может устанавливаться исключительно на основании трудовых договоров, заключенных между работниками (авторами спорного изобретения) и работодателем (биокомбинатом).

Согласно статье 16 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях и порядке, которые установлены законом, иным нормативным правовым актом или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора, в частности, в результате фактического допущения к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя независимо от того, был ли трудовой договор надлежащим образом оформлен.

В силу статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника, в который вносятся в том числе сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника.

Из обжалуемого решения усматривается, что судом первой инстанции исследованы представленные в материалы дела копии трудовых книжек Елисеева А.К., Мельника Н.В., Зенова Н.И., Литенковой И.Ю., Красуткина С.Н., Хайкиной Л.С., копия личной трудовой карточки Богач В.Н., копии трудового договора и приказа о приеме на работу Иванова В.С., а также трудовые договоры с Елисеевым А.К., Красуткиным С.Н. и Хайкиной Л.С., которые заключены хотя и позже даты подачи заявки на выдачу оспариваемого патента, но содержат указание на прием этих работников на работу задолго до указанной даты.

Факт наличия трудовых правоотношений между авторами спорного изобретения и биокомбинатом в период, предшествующий подаче заявки на выдачу оспариваемого патента, подтвержден также самими авторами в письменных объяснениях. Доказательств, опровергающих наличие таких правоотношений, ответчиком при рассмотрении дела в суде первой инстанции не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции применительно к пункту 39.1 постановления от 26.03.2009 N 5/29 установил служебный характер изобретения по оспариваемому патенту, который подтвержден, установленными судом обстоятельствами, а именно: место выполнения работ по созданию патентоспособных объектов, источник оборудования и средств, использованных для их создания, возможность осуществления работодателем контроля за работой, в рамках которой создан патентоспособный объект, цель создания патентоспособного объекта, последующее поведение работника и работодателя, составляемые ими в процессе трудовой деятельности работника документы, которые в совокупности могли бы свидетельствовать о разработке технического решения в порядке исполнения трудовых обязанностей, иные обстоятельства.

Президиум Суда по интеллектуальным правам считает необходимым отметить, что довод института относительно отсутствия в материалах дела сведений о разработке биокомбинатом именно сублинии клеток ВНК-21/13-02 является несостоятельным и противоречит представленным в материалы дела доказательствам, поскольку целью проводимых биокомбинатом научных исследований являлось получение наиболее чувствительной к вирусу ящура сублинии клеток, производной от линии клеток ВНК-21, с которой и проводились эксперименты. При этом в описании изобретения по оспариваемому патенту указано, что сублинии клеток ВНК-21/13, упоминавшиеся в представленных истцом документах, подтверждающих факт проведения научно-исследовательских работ, являются аналогами спорного изобретения.

Ссылка ответчика на отсутствие в справке о депонировании на перевиваемую монослойно-суспензионную сублинию клеток почки новорожденного сирийского хомячка (ВНК-21/13-02) имен авторов этого изобретения как на доказательство отсутствия служебного характера спорного изобретения не может быть признана обоснованной, поскольку отсутствие вышеназванных сведений не имеет правового значения для разрешения настоящего спора, так как данная справка не содержит сведений, опровергающих авторство лиц, являющихся работниками биокомбината, равно как и опровергающих создание рассматриваемой сублинии клеток в ходе осуществления биокомбинатом своей деятельности. При этом президиум Суда по интеллектуальным правам полагает необходимым обратить внимание на то, что авторство лиц, указанных в оспариваемом патенте, лицами, участвующими в деле, не оспаривалось.

Кроме того, судом первой инстанции было установлено, что согласно сертификату к этой справке штамм получен именно биокомбинатом. Опровергающих эти сведения доказательств ответчиком в материалы дела не представлено.

Президиум Суда по интеллектуальным правам признает несостоятельным довод института о том, что суд первой инстанции при рассмотрении дела должен был учесть аффилированность истца и ответчика на дату приоритета оспариваемого патента, а также принятое на заседании совета директоров Росагробиопрома решение, в соответствии с которым процедура регистрации изобретений была возложена на институт, по следующим основаниям.

Данные обстоятельства не относятся к обстоятельствам, влияющим на возникновение у биокомбината и института исключительных прав на служебное изобретение, поскольку для приобретения исключительного права на спорное изобретение воли одного управляющего органа Росагробиопрома не достаточно, а доказательств того, что биокомбинат через свои управляющие органы выразил волю на передачу исключительного права на спорный патент институту в материалы дела не представлено. Наличие такой воли также опровергается письменными пояснениями авторов указанного изобретения, которые не подтверждают заключение ими сделки с институтом по передаче прав на получение данного патента.

Ссылка института на то, что в действиях биокомбината по оспариванию патента имеются признаки злоупотребления правом, подлежит отклонению, поскольку соответствующий довод ответчиком при рассмотрении дела в суде первой инстанции не заявлялся и, соответственно, не был предметом рассмотрения суда первой инстанции.

Довод заявителя кассационной жалобы о нарушении судом статей 68 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отклоняется президиумом Суда по интеллектуальным правам как необоснованный, поскольку институт в соответствии с бременем доказывания по данной категории споров не доказал, что спорное изобретение не является служебным в отношении его авторов, а также не представил доказательств, свидетельствующих о создании им коллектива авторов для создания спорного изобретения, предоставлении им своей материально-технической базы для проведения исследований.

В соответствии с частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации президиум Суда по интеллектуальным правам как кассационная судебная инстанция не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении либо отвергнуты судом первой инстанции, а также предрешать вопросы о том, какая норма материального права должна быть применена.

Несогласие заявителя кассационной жалобы с выводами суда первой инстанции и оценкой представленных доказательств не может являться основанием для признания оспариваемого судебного акта незаконным.

Президиум Суда по интеллектуальным правам полагает, что судом первой инстанции верно определен круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу; правильно применены законы и иные нормативные акты, регулирующие спорные правоотношения; дана оценка всем имеющимся в материалах дела доказательствам с соблюдением требований процессуального законодательства.

Исходя из положений части 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда первой инстанции не усматривается, поскольку изложенные в кассационной жалобе доводы в основном направлены на переоценку доказательств, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу положений главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Безусловных оснований для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, президиумом Суда по интеллектуальным правам не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы подлежат отнесению на заявителя этой жалобы.

Руководствуясь статьями 286 , 287 , 288 , 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Суда по интеллектуальным правам

 

постановил:

 

решение Суда по интеллектуальным правам от 02.12.2016 по делу N СИП-219/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу открытого акционерного общества "Институт биотехнологий ветеринарной медицины" - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

 

Председательствующий

Л.А.НОВОСЕЛОВА

 

Члены президиума

В.А.КОРНЕЕВ

С.М.УКОЛОВ

А.А.СНЕГУР

 

 

История рассмотрения дела

Вопрос-ответ

Автор статьи

Кузнецов Федор Николаевич

Кузнецов Федор Николаевич

Опыт работы в юридической сфере более 15 лет; Специализация - разрешение семейных споров, наследство, сделки с имуществом, споры о правах потребителей, уголовные дела, арбитражные процессы.