О признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки - Дело № А71-15409/2020

Малов Дмитрий Владимирович
Малов Дмитрий Владимирович - юрист высшей категории МИП
Стаж более 10 лет.
Дело № А71-15409/2020
Дело № А71-15409/2020
Информация по делу
Судья: Н.М. Морозова
Наименование суда: Арбитражный суд Удмуртской Республики
Ссылка на дело: перейти

Результат

В удовлетворении иска отказано.

Фабула дела

20.07.2020 между истцом (пользователь) ответчиком (правообладатель) заключен комплексный лицензионный договор, в соответствии с условиями которого, правообладатель обязуется предоставить пользователю за вознаграждение на срок право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс прав, принадлежащих правообладателю, включающий право на секрет производства, корпоративный стиль.

Согласно п.4.2 договора вознаграждение выплачивается в следующем порядке:  паушальный платеж – единовременное вознаграждение за заключение договора 350 000 руб., и роялти 15 000 руб., выплачиваемое с момента открытия места оказания услуг ежемесячно.

Истцом перечислено на расчетный счет ответчика 400 000 руб., из них 350 000 руб. –паушальный платеж и 50 000 руб. – роялти.

Истец указывает на то, что спорный договор является договором коммерческой концессии, который должен быть зарегистрирован в Роспатенте. Поскольку он в Роспатенте не зарегистрирован, истец ссылается на недействительность сделки в силу п.2 ст.1234, п.2 ст.1235 ГК РФ. Информация, переданная в рамках договора (в том числе секреты производства (ноу-хау)), коммерческой ценности не представляет и является шаблонной маркетинговой последовательностью действий, по которой открываются все парикмахерские.

Истец обратился с иском о признании недействительным лицензионного договора и применении последствий недействительности сделки, о взыскании 400 000 руб. денежных средств.

 

Позиция суда

По смыслу ст.1027 ГК РФ обязательным условием договора коммерческой концессии является передача в составе комплекса исключительных прав права на товарный знак или знак обслуживания, что и обусловливает необходимость государственной регистрации договора.

Из условий спорного договора суд сделал вывод, что истцу в составе спорного договора не передавались права использования какого-либо товарного знака (знака обслуживания), соответственно, заключенный договор не является договором коммерческой концессии.

Договор и Акт приема-передачи подписаны сторонами без замечаний и возражений, что подтверждает факт передачи ответчиком документации и коммерческой информации, составляющей секрет производства (ноу-хау) в адрес истца.

База знаний, переданная истцу, носит комплексный характер, представляет собой компиляцию сведений различного характера, которые позиционируются как база знаний именно в системе. Следовательно, по мнению суда, если истцом доказано размещение в сети Интернет отдельной незначительной составляющей ноу-хау, из этого не следует вывод об общедоступности ноу-хау в целом, равно как и не следует вывод и об отсутствии коммерческой ценности у ноу-хау в целом. Положениями действующего законодательства не предусмотрено, что каждая из составляющих ноу-хау должна в отдельности обладать признаками ноу-хау (неизвестность третьим лицам, коммерческая применимость).

Суд пришел к выводу, что поскольку лицензионный договор сторонами исполнялся, разногласий относительно условий и порядка его исполнения у сторон не возникало, основания для признания договора недействительным отсутствуют. 

Специалист
Запишись на консультацию к эксперту по интеллектуальным делам